riboloveckoe_sudno_annelies_ilena.jpg

Cамое большое в мире краболовное судно Профессия краболова - одна из самых опасных в мире: ни один сезон, каким бы коротким он ни был, не обходится без травм. Discovery Channel вот уже пятый сезон подряд пристально следит за этим титаническим трудом, а операторы канала освоились на краболовных судах как заправские моряки.

Быть краболовом - непростое дело. То, что делают эти парни, - самый настоящий героизм и в то же время - самая обычная работа, которую краболовы не считают чем-то выдающимся.

Парадокс? Парадокс. Чтобы его разрешить, мы взяли интервью у капитана Сига Хансена и выяснили, сколько времени может провести краболов без сна, как за четверо суток заработать полмиллиона и почему на краболовецком судне нет чемоданов. Глядя на Сига, легко поверить, что он - настоящий морской волк, хотя вместо фуражки Сиг обычно носит бейсболку, а с трубкой в зубах мы его ни разу не заметили.

Между тем это один из самых удачливых капитанов, который каждый год включается в гонку за королевского краба. Ровно две недели в Беринговом море идет настоящая охота - при штормовом ветре, пробиваясь сквозь льды, краболовные суда стремятся за добычей. Увидеть своими глазами самую опасную и самую захватывающую работу, по накалу страстей превосходящую голливудский триллер, можно в программе “Смертельный улов” из цикла “Обыкновенные герои” на Discovery Channel. Ну а пока - слово Сигу Хансену.

-Сиг, расскажите, как вы докатились до такой жизни и стали капитаном “Северо-Запада”? У вас не возникает желания бросить все к чертям,осесть на берегу, не рисковать больше своей жизнью?

-”Северо-Запад” - это семейное судно, мой отец построил его в 1977 году, и я работал на нем с 14 лет каждое лето, а в 22 стал капитаном. Я был самым молодым капитаном на Аляске - и как раз потому, что прежнему капитану осточертела его работа. Команда просто отправила меня в капитанскую рубку, особо и не спрашивая. А на берег сходить пока вроде бы не собираюсь. Программа “Смертельный улов” пользуется невероятной популярностью, хотя на первый взгляд он показывает самые что ни на есть обычные трудовые будни - только очень опасные.

-Как вы думаете, в чем секрет такой популярности?

-Обычные-то они обычные, но большинство людей слабо представляет себе, как выглядят будни краболова. Для большинства обычная работа - это пребывание в теплом и уютном офисе с 9 до 5, где они чувствуют себя в безопасности. В море чувства безопасности нет и в помине. Вот представьте - мы вышли в море на два месяца, нам надо заплатить за судно три тысячи долларов, но мы не заработали денег, потому что сожгли все наше топливо и истратили наживу, но так и не смогли поймать ни одного краба…
Но может случиться, что мы будем ловить крабов четверо суток без передыху и заработаем полмиллиона долларов. Такой вот риск для многих непонятен, все же обычно люди предпочитают более надежный заработок. Но зато так работать очень интересно - это риск, азарт, адреналин, и люди, когда смотрят программу, живут нашей жизнью. Моряки, как известно, народ к непогоде привычный.

-А как приходилось на борту съемочной группе, ведь операторы все же, как правило, не такие морские волки, как вы?

-Программа “Смертельный улов” выходит в эфир уже пятый сезон подряд, и многие операторы не новички на краболовных судах. Сейчас у них получается гораздо лучше, чем в самом начале - а те времена, да, страшно вспомнить. Бедолаги мучились от морской болезни, не знали, где можно стоять на палубе, а где слишком рискованно - команда не раз спасала им жизнь. Но те, кто вернулся, испытав все это, получили настоящую закалку.

-Скажите, а вас еще не тошнит от крабов? После такой-то работы?

-Что вы, конечно, нет! Я просто обожаю крабов. Мы ведь ловим их всего один раз в год, да и на судне не до деликатесов. А вот когда я возвращаюсь домой, то не прочь угоститься крабовым мясом.

-Считается, что женщина на борту приносит несчастье. Есть ли женщины среди ловцов на крабов?

-Знаете, у моряков вообще много суеверий. Да, есть такая старая примета насчет женщин, но лично я в нее не верю. Я знаю команды, в которых нет ни одного мужчины, и вы бы посмотрели, как они работают! Позавидовать можно! Так что мне кажется, что это чепуха.

-Какие еще суеверия бытуют у вас в море?

-Ну, всех не перечесть. Например, когда операторы впервые пришли на судно, они принесли чемоданы и огромные коробки с оборудованием, и я сразу сказал им, чтобы они убрали все с судна, потому что я не хочу, чтобы на судне были чемоданы. Считается, что это очень плохая примета.
Знаете, моряки берут с собой специальный мешок, а не чемодан. Поэтому операторы спустили свое оборудование на причал, распаковали камеры и все остальное оборудование и оставили чемоданы на причале. Только потом мы отправились в путь.

-Скажите, а сколько времени требуется, чтобы зеленый новичок, только пришедший на судно, стал настоящим морским волком? И вообще, каково приходится новеньким в море?

-Ну, все люди разные, но порой бывает очень смешно. Иногда новички так и не могут привыкнуть к жизни на судне. В моем родном городе, в Сиэтле, жил бармен, который два года упрашивал меня взять его ловить крабов вместе с нами. И я сказал - о’кей, хорошо. Два года спустя у нас появилось место, и мы взяли его. Я сказал - лети на Аляску, ты можешь ловить крабов с нами. Бармен был на борту всего два дня, а потом попросился сойти.
Он ничего не понимал. Он постоянно спрашивал: “Когда мы будем есть? Когда мы будем спать? Когда у нас будет перерыв?” А мы не ели, не спали и не делали перерывов. Он не смог так работать, хотя физически был очень развит, работа была ему по силам. В любом случае, чтобы быть рыбаком, нужно иметь особую искру в душе. Не обязательно быть крутым, надо просто любить это дело.

-А вы сами-то не боитесь в море выходить?

-Да, иногда бывает страшно. И чем старше я становлюсь, тем чаще это случается. Это даже не страх - кажется, будто удача ускользает из рук, неприятное чувство. Или вот однажды наше судно завалилось на 90 градусов. На стене остались следы моих ног, это было страшно. Еще у нас было обледенение, когда судно покрылось льдом, так что оно почти перевернулось, а я был настолько глуп и жаден, что не хотел остановиться и разбить лед и это тоже было страшно.

-А что самое сложное в вашей работе? Лично для вас?

-Для меня как для капитана самое сложное - это организовать действия команды. В нашей команде пять парней, которые работают 24 часа в сутки, и очень сложно завоевать их доверие и найти крабов, хотя даже если дела идут не очень хорошо, нужно, чтобы моряки верили тебе. Когда кажется, что все плохо, что краба нет, и ты просишь их подождать еще один день, говоришь, что завтра непременно будет улов, нужно, чтобы они тебе верили,а не вздернули на рее. Вот завоевать это доверие сложнее всего.

-Какой улов был самым удачным? И как проходит ваш обычный день?

-Однажды за 80 часов мы сумели поймать почти 50 тысяч кг королевского краба, тогда это стоило 500 тысяч долларов. Каждый член команды заработал около 40 тысяч долларов - это было круто. А самый обычный день - это ветер более 130 узлов, волны случаются по три метра - тут еще учтите, что длина судна около 40 метров всего-навсего.

-Если это - самый обычный день, то что же тогда опасность в море? Когда вы рискуете больше всего?

-Капитан Сиг Хансен: Самое опасное время - зима. Обычно, когда выходишь в море, на поверхность вытаскиваешь все контейнеры, около 200 контейнеров. Каждый - 300 килограммов веса. А потом все это покрывается льдом, и груз становится еще тяжелее, и судно в любой момент может перевернуться.
Думаю, россияне прекрасно себе представляют, что такое зима. Однажды мы шли вместе с судном “Северный фьорд”, оно отправилось буквально на несколько часов раньше нас, и они просто исчезли - мы больше ничего о них не слышали. Я сожалею, что не вышел раньше, возможно, мы могли бы им помочь, но, с другой стороны, на их месте могло быть и наше судно - никто не застрахован.
А вообще понятия “обычный день” у нас не существует. Например, все могут лечь поспать часа 3-4, а потом проснуться и увидеть, что судно обледенело. Тогда все просто берут кувалды и идут разбивать лед - и это обычный день. Когда мы не спим сутками и день превращается в два - это тоже обычный день. И вместе с тем такие дни при всем желании обычными не назовешь.

-И вам нравится такая работа? Или у вас просто нет выбора? Почему вы этим занимаетесь?

-Мы просто слишком глупы, чтобы заниматься чем-нибудь другим.

-Да ну?

-Честное слово. Либо в море, либо жарить бургеры в закусочной. Да нет, шучу, конечно. На самом деле это вроде зависимости. На это подсаживаешься и действительно получаешь от этого удовольствие. Когда идешь в порт с трюмами, полными крабов, чувствуешь, что это огромное достижение, понимаете, о чем я? Ты осознаешь, что сделал что-то важное, когда у тебя все получается.

-А жены вас не гонят из дома с такой-то работой?

-Ну, моя жена из Норвегии, из рыбацкой семьи, и для нее ждать мужа - вполне нормально. Насчет других не знаю, может быть, мне просто повезло.

-И как же вам с такой зависимостью живется от путины до путины? Не скучно ли на берегу-то?

-Интересный вопрос. Сложно ответить. Когда я долго дома, то да, понимаю, что хочу вернуться, но моя жена и дети это видят и, в общем, меня отпускают. Они понимают, что в мыслях я уже не дома, и тогда я начинаю готовиться к следующему сезону, латать судно и так далее. Все-таки это занятие затягивает, как ни крути.

-Домой не тянет?

-Это обратная сторона, понимаете, когда ты в море - ты хочешь оказаться дома, но в то же время очень скучаешь по морю, когда ты дома - ты живешь двумя разными жизнями. Как будто в тебе живет два человека, понимаете, и когда ты на судне, ты хочешь вернуться домой, но ты должен выполнять свою работу. А когда дела идут хорошо, ты забываешь о доме. Когда дела идут плохо, ты начинаешь скучать о доме. Такие вот дела.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Пользовательский поиск

Парусные супер-яхты

Научные суда

   

Карта сайта